Пабло Неруда

* * *
Простите, если у меня в глазах
не больше ясности, чем в пене моря,
простите, потому что мой простор
всё так же беззащитен
и открыт:
уныла моя песнь,
мои слова — как сумречная птица,
они живут в камнях и под водой,
несокрушимы, словно зимнее рыданье.
Простите эту круговерть воды,
прибоя, скал, приливов и отливов:
всё это — одиночество моё:
солёные удары бьются в стены
моей секретной сущности, как будто
я — это часть
зимы:
пространство повторяется волнами
от колокола к колоколу, и
его молчание — как будто шевелюра
беззвучных водорослей,
песня под водой.

Пабло Неруда - Дождь

Дождь
идёт по песку, стучит по крыше
вечная
тема дождя:
длинные «эль» медленно падают
на страницы
моей бессмертной любви,
насущной соли;
дождь вернулся в твоё родное гнездо
с вязальными иглами прошлого:
всё, что мне нужно сейчас — это белый
лист пространства, это время
зелёных ветвей и цветущих роз;
это толика бесконечной весны,
долгожданной, с открытым небом
и долгожданной бумагой;
когда вернулся дождь,
чтобы с нежной грустью
стучать в окно,
а потом с неистовой яростью
плясать в моём сердце, плясать по крыше,
требуя,
чтобы его впустили,
чтобы ему подали чашу,
а он ещё раз наполнил её своими иглами,
прозрачным временем
и слезами.

Пабло Неруда

* * *
Я возвращаюсь к самому себе,
как в старый дом с гвоздями и щелями:
так человек, устав от самого
себя, как от изношенной одежды,
идёт нагим под проливным дождём
и радуется чистоте воды
и благородству ветра, но затем
спускается в свой собственный колодец,
к своим микроскопическим заботам,
как будто он и вправду существует
и должен раздавать свои долги:
как если бы я был настолько важным,
что мог бы сам принять или отвергнуть
сырой земли растительное имя,
в её театре, среди чёрных стен.